672000, г. Чита, ул. Бабушкина, 113. тел. +7(3022)260315, 355530, 266709. e-mail: chitinsky.muzei@yandex.ru
Отдел Музей декабристов: 672010, г. Чита, ул. Декабристов, 3б. тел. +7(3022)310408, 310412
 
главная о музее новости экспозиции выставки коллекции публикации экспедиции
Часы работы: ежедневно с 10.00 до 18.00 ч. Выходной день - понедельник
Входная плата: - 130 руб. (для студентов, школьников, дошкольников и пенсионеров - 90 руб.) Экскурсионное обслуживание: - 90 руб. (для всех категорий)

 

Экспозиции музея
История и культура народов Забайкалья в XVII-XIX веке. Встреча народов и цивилизаций
Историко-этнографическая экспозиция "Народы Забайкалья: встреча цивилизаций" В зале этнографии расположена экспозиция "Народы Забайкалья: встреча цивилизаций", которая на фоне диорам, в хронологических рамках от середины XVII до конца XIX вв., представляет хозяйственную деятельность и бытовую культуру традиционно проживающих в пределах нынешнего Забайкальского края эвенков и бурят, а также представителей славянского этноса, особой этноконфессиональной группы - семейских. Здесь же расположена экспозиция, рассказывающая о включении территории Забайкалья в систему российской государственности, то есть о походах казаков-землепроходцев (картосхема, оружие и вооружение), строительстве первых русских острогов (рисунок типового острога, предметы, обнаруженные в ходе раскопок на месте Аргунского острога), формировании русской администрации (рисунки с видом Нерчинска, герба Нерчинска и Нерчинского воеводства), укреплении государственной границы (фрагменты Нерчинского и Буринского договоров, портреты русских посланников Ф.А.Головина и С.В. Рагузинского), распространении христианства в форме православия (иконы, богослужебные книги, предметы парадного облачения священника). Составное, легкое жилище из жердей и берестяных покрышек (чум), бытовые вещи из дерева, бересты, шкур животных (коврики-кумаланы, шкатулка-муручун, лотки для хранения мяса, сумки и др.), средства передвижения (седла, нарты, лыжи, детская люлька и др.), охотничьи принадлежности (пальма, наконечники стрел и копья, натруска, сошки, оревун и др.), составная одежда передают особенности кочевой культуры эвенков - охотников и оленеводов. Самый знаменитый экспонат ЧОКМ - эвенкийская шаманка. Ее наряд, покрытый металлическими онгонами-символами духов, помогающими шаманке в камлании, головной убор в виде головы оленя с разветвленными рогами, бубен и колотушка, а также многочисленные шаманские принадлежности передают особенности системы мировоззрения и религиозных представлений эвенков-шаманистов. Кочевую культуру бурят представляет традиционная легкая войлочная юрта с коновязью (сэргэ) и с набором принадлежностей, характеризующих их как скотоводов, охотников, ремесленников и ювелиров. Конская сбруя, стремена, лук с колчаном и стрелами, сработанные из кожи и металла и покрытые традиционным узором; сосуды для чая, молочных продуктов; клейма, щипцы, ножницы для стрижки овец и др.; современная одежда, выполненная по традиционным образцам. О религиозных воззрениях бурят-буддистов дают представление красочные маски, костюмы, музыкальные и другие ритуальные предметы праздничного обряда "Цам". В интерьере буддийского дацана - в красочном многоцветном убранстве из шелковых тканей (баданы, балдахины) буддийские иконы на ткани-танки, бронзовые скульптуры будд, ботхисатв и других божеств буддийского пантеона. В экспозиции фрагментарно представлена подлинная изба, вывезенная из мест компактного проживания потомков старообрядцев - семейских, из с. Архангельское. В ее интерьере -- крестьянская деревянная мебель (стол, лавки), бытовая утварь (деревянная посуда, швейки, рубель и каталка и др.), предметы прядения и ткачества (гребень, самопрялка, прялки, веретена и др., а также полотенца и скатерть). Вместе с предметами женской одежды (сарафан, рубаха, фартук-запон, пояс, элементы головного убора - кичка, кокошник, пояска, позатыльник) они демонстрируют традиции славянских народов, аккумулированных в культуре семейских. Специфика их земледельческого труда отражена с помощью подлинных сельскохозяйственных орудий (соха, сабан, борона и др.). Меднолитые иконы, складни и кресты поморских и гуслицких мастеров, старопечатные книги демонстрируют приверженность семейских к "старой вере".
Наталья Константинова, кандидат исторических наук.

Забайкалье имеет невероятно богатую историю. C древности здесь происходили важные события, последствия которых сказались далеко за его пределами и стали достоянием мировой цивилизации. С середины XVII века край оказался в орбите развития российской цивилизации. Русские землепроходцы принесли сюда пашенное земледелие, православие, городскую культуру. Она столкнулась здесь с культурами народов, имевшими тысячелетнюю историю. Поэтому представляемая экспозиция называется "Встреча народов и цивилизаций". В ней отражена история Забайкалья с XVII по XIX века. Вы познакомитесь здесь с этническими и культурными процессами, основными событиями, проходившими в это время.
До сих пор продолжает существовать мнение о том, что история Забайкалья начинается с середины XVII века, т.е.с начала освоения края русскими землепроходцами. Однако, до прихода русских эти места заселяли буряты и эвенки (тунгусы).

 
Эвенки
 
Экспозиция предназначена для широкого показа самобытной культуры эвенкийского народа. Главная идея концепции всей исторической экспозиции выражена формулой "Человек-Среда-Культура". Согласуясь с ней, первая часть этнографического раздела строится на идее показа культуры эвенков как результата их адаптации к среде обитания.
Эвенки (старое название тунгусы) - народ, представитель тунгусо-маньчжурской языковой группы алтайской семьи. Распространен русский язык. Верующие - православные. Сохраняются культы духов, промысловые и родовые культы, шаманизм. В южных районах Забайкалья сильно влияние буддизма. Несмотря на свою малочисленность, эвенки уже к XVII веку расселились на 1/4 территории Сибири и освоили все виды сибирских ландшафтов.
На территории Читинской области эвенки расселялись в основном в двух природно - климатических зонах: горно-таежной на севере и лесо-степной на юге.
Эвенки сложились на основе смешения местного населения Восточной Сибири с тунгусскими племенами, расселявшимися из Прибайкалья и Забайкалья с кон. I- го тыс. н.э. В результате этого смешения образовались различные хозяйственно-культурные типы: Э. - "пешие" (охотники), "оленные", орочен, оленеводы и конные, мурчен (коневоды), известные в Юго-Восточном Забайкалье как хамнеган, солон (рус. солоны). Эвенки севера Восточного Забайкалья в настоящее время проживают в Каларском и Тунгокоченском районах. В процессе контактов эвенки были частично ассимилированы русскими, якутами, монголами и бурятами, даурами, маньчжурами и китайцами.
Этногенез эвенков.
Проблема этногенеза эвенков (тунгусов) остается одной из сложных проблем российской этнографии. В настоящее время утвердилась точка зрения, что предками эвенков является народ Увань, которые были небольшой племенной группой Хисцев. В состав народа Хи входили также племена Мохэ и Чжурчжени, т.е. предки Маньчжур. Обитали эти племена по Большому Хинганскому хребту на территории современной Монголии. Занимались разведением скота, овец, лошадей, возможно оленей и соответственно вели кочевой образ жизни.
Группа хисцев, кочевавшая в отрогах хребта Увань - одного из восточных отрогов Большого Хинганского хребта около VII в. двинулась на север от Амура в отроги Станового хребта, расположенные между средним течением Олекмы и верховьями Зеи и Учура. Хисцы-увани пришли туда с лошадьми и телегами, однако чрезвычайно тяжелые экологические условия данного района заставили их заменить лошадей на оленей. Период, в течение которого увани переходили от тележного оленеводства к вьючно-верховому и одновременно приспосабливали свой образ жизни и быт к новым условиям существования, можно считать периодом первоначального формирования древних тунгусов. Самоназвание последних - эвенки, без сомнения, восходит к этнониму "увань". Иными словами, тунгусы (эвенки) -это увани, овладевшие вьючно-верховым оленеводством и заменившие войлочную юрту своих предков более легким берестяным или ровдужным чумом. Формирование вьючно-верхового и транспортного оленеводства привело к широкому распространению эвенкийского этноса по территории Сибири. Уже к XII в. благодаря оленеводству эвенки (тунгусы) освоили огромные территории включающие в себя горно-таежные и тундровые ландшафты от Енисея до Охотского моря, от Ангары и Амура до истоков Яны и Индигирки и устьев рек Оленека и Лены.
Одним из основных направлений тунгусской миграции стал север Забайкалья и территория современной Якутии, где эвенки расселились по долинам Вилюя, прилегающей части рек Лены и Алдана.
 
Эвенк. Фото XIX в.
     

Группа эвенков. Фото XIX в.

  Таким образом, к приходу русских первопроходцев в XVII в., на севере эвенки граничили с якутами, проживающими в нижнем течении Вилюя, Амги, и Алдана, на юге с бурятами, заселившими районы южного Прибайкалья и Забайкалья.
Эвенки севера занимались охотой и оленеводством, эвенки южной зоны - кочевым скотоводством. Часть из них с 18 века входила в состав пограничного казачьего войска и занимались охраной границы. В состав южной группы входили эвенкийские и даурские роды, находившиеся в подчинении князей Гантимуровых. С 1750 года по 1851 князья Гантимуровы осуществляли управление и эвенками-казаками. Приспосабливаясь к сложным природно-экологическим условиям края, эвенки северной зоны на протяжении жизни многих поколений выработали уникальную форму жизнедеятельности, которая эффективно обеспечивала удовлетворение всех потребностей общества. Эвенки вели комплексное охотничье-рыболовно-оленеводческое хозяйство, связанное с бродяче-оседлым образом жизни.
Кочевания были подчинены природным циклам и проходили по отработанным маршрутам через районы постоянных поселений и связанные с ними охотничьи, рыболовные и пастбищные угодья. Маршрут кочевания представлял собой на местности вытянутый эллипсоид 150-250 км на 25-30 км. Существовало два района концентрации стойбищ и стоянок. Первый в глубинных залесенных участках тайги, где на расстоянии 4-5 км располагалось три стойбища: зимнее, осеннее и весеннее. С этими районами соседствовали места отела и гона, зимнее пастбище домашних оленей и кормозащитные станции промысловых копытных. Второй район - по береговой линии рек, там располагались кратковременные летние стоянки, где жили одну - две недели.

Охота была традиционным занятием эвенков. Она обеспечивала основную часть потребностей эвенкийских семей в питании и сырье для обрабатывающих отраслей домашнего производства. Охота также давала возможность оплатить ясак и обменять шкурки пушных зверей на необходимые припасы и ружья. Большие территории охотничьих угодий эвенки осваивали при активном использовании в качестве транспортного средства домашних оленей. В степных районах Забайкалья эвенки кочевали и охотились на лошадях. Общий ритм жизнедеятельности эвенкийских промысловых групп их мобильности, изменения интенсивности освоения природных ресурсов лишь в своей совокупности определяет "бродячий" образ жизни, который является основным способом всестороннего и рационально использования природных ресурсов. В определенной мере бродячий образ жизни эвенков является выработанной в течении жизни многих поколений формой культурной адаптации к условия природной среды их обитания.
Традиционное сочетание потребительских и товарных отраслей хозяйства не всегда и не обязательно сопровождались бродячим бытом. Эвенки, расселенные по берегам крупных рек и ведущие аналогичное хозяйство, вели сезонно-оседлый образ жизни, который предполагает: 1) наличие двух постоянных стойбищ, летний и зимний "мэнэйены", 2) ведение охотничьих и рыболовных промыслов на сравнительно меньшей территории, 3) участие в кочевании, связанном с пушной охотой, только самих охотников, которые уходили не на весь сезон, а в промысловые экспедиции. Вся промыслово-хозяйственная деятельность "бродячих" эвенков в конце 19, начале 20 века демонстрирует комбинируемое всестороннее освоение всего комплекса охотничьих и рыболовных угодий, нормированное природой и закрепленное в религиозно-этической практике изъятия из природных запасников ровно такого количества ресурсов, которое не подрывало бы воспроизводящих основ природы. Быт эвенков был подчинен условиям кочевого образа жизни. Быстро сооружалось и легко перевозилось традиционное жилище - конический чум из жердей. Покровами для него служили берестяные тиски, нюки из ровдуги или ткани, корьевые плахи. Все необходимое для жизни изготавливалось в домашнем хозяйстве. Мужчины владели кузнечным ремеслом, делали различные изделия из дерева, кости и рога. Женщины обрабатывали бересту, шкуры животных и рыб и шили из них нужную утварь и одежду.

Эвенк на охоте. Фото XIX в.

Макет чума. Фрагмент экспозиции

  Чум 
Придя на очередную стоянку и сложив вещи на настил из 3-4 жердей, уложенных на короткие толстые бревна (лабаз), эвенки разводили костер, готовили чай. После чаепития устанавливали чум. Новое место для чума выбиралось в нескольких метрах от старых "чумовищ". Три основные жерди "тургу" обязательно брались из остова чумов прошлых лет. "Тургу" в вершине соединялись развилкой и устанавливались таким образом, что две из них, образуя одну из сторон треугольника, ставились с ориентировкой в сторону тропы, по которой пришли на стоянку. С этой же стороны ставили еще 2 "тургу", образующие дверной проем. За тем по кругу, двигаясь по солнцу, на равном расстоянии от центра, устанавливались остальные жерди каркаса "херам". Покрышка чума из выделанной сохатины (ровдуги) состоит из 4 нюков, разделенных на две полупокрышки: верхнюю "унэкэн" и нижнюю " элбэнэл". Покрытия начинались с нижней половины, натягиваясь плотно на остов слева направо ("как солнце ходит"). Два нижних нюка подвязывались к жердям при помощи ремешков. Левый край запускался под правый. Верхняя часть чума, за исключением дымового отверстия (в непогоду оно закрывалось отдельным куском бересты или ровдуги) покрывалась в том же порядке. В верхних углах "унэкэна" пришивались петли, в которые продевались жерди с развилкой в вершине. Два человека, поднимая жердями "унэкэн", набрасывали его на остов, закрывая при этом "элбэнэл" сверху на 60-80 см и запахивая правым краем "унэкэна" левый. За тем все покрытие прижималось несколькими толстыми жердями, а низ чума, обложенный сосновыми и еловыми веками, засыпали для тепла снегом.
Внутри чума вдоль его стен из соснового лапника устраивался плотный настил "хокто", на который раскладывали постели. Место очага в центральной части чума огораживалось уложенными "П" - образно бревнами. Справа и слева от входа (рядом со спальными местами хозяев) устанавливалась специальная жердь "чимка". К ней и стоящей напротив основной жерди "тургу" привязывалась горизонтальная жердь "икэптун", на которую на деревянных или железных крючьях подвешивался над костром котел.
С выпадением снега семьи перебирались в корьевые чумы. Основа - четыре толстые жерди "тургу", соединенные в вершине развилкой. На них в 60-70 см от вершины оставлялись сучья, в которые укладывали короткие поперечные жерди "толбоко", на которые опирались все остальные жерди - расколотые вдоль бревна, устанавливающиеся неплотно друг к другу и образующие круглую жилую площадку диаметром 4-6 метров. Две дополнительных тургу образовывали вход "урхэ". Остов "голомо" покрывался рядами косо уложенных пластов лиственничной коры.
   
Эвенкийские женщины у чума. Фото XIX в.
     
Транспортное оленеводство в хозяйстве эвенков 
Типы оленеводства: эвенкийский - малооленный и орочонский - многооленный. В связи с расширением охотничьих угодий при сохранении традиционного пешего способа опромышления эвенки были вынуждены более интенсивно развивать оленеводство и широко использовать домашних оленей в качестве транспортного средства. В сезон миграции белок использование оленя позволяло эвенкам откочевывать быстро в самые дальние угодья. Охотник уходил на промысел, заказывая хозяйке, в какое место ей прийти с караваном. Навьюченные олени, соединенные в связки, выстраивались в караван, впереди которого, отдельно от всех ставился "табуированный" олень (обычно белой масти), перевозящий сумки с родовыми святынями - изображениями семейных охранителей и охотничьими амулетами.
Олени в каждую связку соединяются так: впереди старая оленуха, задающая темп, каждый олень при помощи недоуздка привязывался к вьючному седлу впереди идущего. Для привязывания оленя к задней луке "толбоко" ремнями крепился "гилбэвун" - изогнутая пластина из рога оленя, напоминающая равносторонний треугольник без основания. В нижней части пластины было отверстие, сквозь которое "гилбэвун" соединялся с "толбоко". Таким образом, олени выстраивались в ломаную линию, что позволяло эвенку, обернувшись назад видеть сразу всех оленей в связке.
В пушном промысле использование оленя обеспечивало возможность расширения охотничьих угодий, что создавало предпосылки для увеличения выхода товарной продукции. В зверовой охоте использование оленя для вывоза добычи привело к разделению труда между мужской и женской частью охотничьих групп, что позволяло обеспечивать семьи продуктами в короткое время, создавать долговременные запасы.

Перекочевка. Фото XIX в.

Люлька эвенкийская

  В выборе маршрутов передвижения эвенки исходили из:
- соображения обеспечения охоты и рыболовства;
- постоянство мест отела и гона у оленей;
- условия летнего содержания оленей, обеспеченности дровами для дымокуров;
- удобство маршрутов движения с оленями и прочих факторов.
Т.е. кочевание совершалось по вполне определенным маршрутам. На местности это вытянутый эллипсоид 150-250 на 25-30 км. Существовало два района концентрации стойбищ и стоянок. Первый в глубинных залесенных участках тайги, где на расстоянии 4-5 км располагалось три стойбища: зимнее, осеннее и весеннее. С этими районами соседствовали места отела и гона, зимнее пастбище домашних оленей и кормозащитные станции промысловых копытных. Второй район - по береговой линии рек, там располагались кратковременные летние стоянки, где жили одну - две недели.
Обработка бересты
Весной и в начале лета бересту срезали ножами с деревьев. Очищали от верхней кожицы и выпаривали, свернутую в трубку, в котле с водой, смешанной с золой, заполняя промежутки мхом. Котел держали на небольшом огне до 3 дней, затем полосы бересты высушивали. Из бересты делали тиски, вьючные сумки, коробки, сумки-портфели, кисеты, посуду, колыбели. Куски бересты, специально приготовленные и окаймленные обшивкой, служили и столешницей. Прошитые двойные кружки, окаймленные берестой, использовали в качестве сидения в лодке. Всю посуду из бересты эвенки шили корнем черемухи или сухожильным нитками.
   
Обработка шкур 
Инструментами для обработки шкур копытных зверей являлись разного рода скребки (шидывун, нючивун, чучун), кожемялки (кэдэрэ) и ножи для разрезания. Все они хранились в длинной, богато орнаментированной сумке (ук, урук, кэдэрэрук) и были постоянно под рукой.
Сразу после свежевания шкуру, очистив от жира, растягивали и сушили несколько дней. Мелкие шкуры - с ног и головы - сушили на палочках - распялках, большие - с корпуса - привязывали к раме или к внутричумным жердям. Затем, сидя на земле с одной вытянутой ногой, под которую была подвернута шкура и, держа двумя руками скребок "у" (отточенный по наружному краю слегка изогнутый кружок, вставленный основанием между двумя палочками, плотно обвязанный с двух концов), движением по направлению к себе скоблили мездру, постепенно передвигая шкуру. Потом ее промазывали смазкой из рыбьей печени или мокрой трухой, складывали и оставляли на 2-3 дня. После этого опять скоблили скребком "чучун" (плоский кружок с зазубринами по краю, вставленный основанием в ручку). После этой обработки шкуру дымили для прочности, набрасывая ее на дымовое отверстие чума или на специальное приспособление - "нуливун" (высокую треногу с жердями, под которой разводили дымокур), при этом следили, чтоб огонь не разгорался. От длительности копчения зависела непромокаемость шкуры. Далее кожу разминали мялкой "кэдэрэ" (слегка изогнутой палкой с зубцами на вогнутой стороне с двумя ручками). При разминании движения были круговыми: вытянутой правой рукой, начиная от уровня левого плеча в направлении правого бока делали круговое движение, сгибая правую руку в локте и подводя ее к правому боку.

Выделка шкуры оленя. Фото начала ХХ в.

Левой рукой только придерживали левую ручку. Чтобы убрать остатки жира при разминании посыпали кожу кусочками трухи, а в некоторых местах протирали смолой. Для изготовления ровдуги со шкуры снималась шерсть. Для этого смачивали мех водой с крошками трухи и складывали, оставляя преть в течении нескольких дней, затем соскабливали мех скребком "шидывун" и "нючивун" (металлической пластинкой с заостренным краем, вставленной в две деревянные ручки). После соскабливания шерсти шкуру растягивали на раму сушиться. Раскраивали шкуру и ровдугу ножом на доске без выкроек. При шитье мехового орнамента к вещи пришивали сначала полосу или мелкие кусочки, затем отрезали лишние части. Сшивали сухожильными нитками. Для этого хозяйка имела в запасе пучки развитых, высушенных сухожилий, снятых с ног или со спины оленя или лося. Перед шитьем заготавливали нитки, ладонью правой руки на колене закручивая по два тонких волокна сухожилия, левой рукой придерживая концы. Нитки были недлинными, до 50 см. Сшивали шкуру через край. В обуви и одежде, чтоб не проникала влага, под швы подкладывали волоски подшейной шерсти оленя. Орнаментальный шов "волоски" - подшейный волос, наложенный на ровдугу и прошитый через край, напоминал ряд белого бисера, не менял цвета и был очень прочным. Для украшения делали несколько рядов такого шва, а промежутки закрашивали черной (из сажи с жиром), бурой (из сурика или охры, заваренной в кипятке, смешанной с пеплом и смолой), и коричневой (из отвара ольховой коры, смешанной с золой из можжевельника) краской. Умели эвенки обрабатывать и рыбью кожу. Использовали ее для изготовления мелких сумочек. Кожу не выпотрошенной рыбы, очистив от чешуи, снимали, растягивали палочками, и, заткнув за жердь чума, сушили 1-2 дня. Затем смазывали рыбьей печенью, размятой в теплой воде и тщательно разминали.
Также широко распространен был рыбий клей. Клей делали из кожи. Очистив ее, сушили 3-4 дня, очищали от жира, затем разрезали на тонкие полоски, свертывали в комок и клали в котелок с теплой водой. Кожа размокала и превращалась в слизь. Ее вынимали, отжимали воду, отделяли остатки жира. Затем вновь складывали в котелок и залив водой, кипятили до тех пор, пока вся вода не выкипала. Этот клей замораживали и перед употреблением разогревали без воды. Камысы, склеенные таким клеем, от сырости никогда не расклеивались.
    Шаманизм в Забайкалье

Манекен шаманки. XIX в.

  Отношение эвенков к природе и окружающему миру нашло свое отражение во множестве запретов, поверий и обрядов, пронизывающих все стороны хозяйственной жизни. В большинстве обрядов главную роль играл шаман как посредник между миром духов и людей. Религией эвенков был шаманизм, развившийся из первобытной веры в духов, почитания природы и тотема животных, а также культа предков и магии.
Традиционной религией эвенков, так же как и бурят является шаманизм. Слово "шаман" имеет эвенкийское происхождение. Главное и характерное в шаманизме - обожествление сил природы и умерших предков, вера в то, что в мире существует множество богов и духов и с помощью шаманов можно влиять на них для обеспечения счастья, здоровья, благополучия и здоровья, отвращения беды.
Шаманизм в Забайкалье восходит к первобытнообщинному строю, когда охота, рыболовство и собирательство были основными средствами добывания пищи. В последующие периоды шаманизм развивается, усложняется, становится особой системой религиозных представлений и обрядов, охватывает все сферы жизни, оказывает влияние на формирование культуры и образа жизни людей.
В общей картине шаманизма народов Центральной Азии и Сибири бурятский и эвенкийский шаманизм отличается высоко развитым политеизмом (многобожьем) и сложностью обрядового комплекса. Как любое общественное явление он имеет свою структуру и выполняет целый ряд социальных функций. Сущность шаманистского мировоззрения заключается в следующих положениях: 1) мир, в том числе человек, создан высшими существами или же по их велению; 2) вселенная делится на три мира - небесный, земной и подземный, каждый из них наполнен определенными божествами и духами; 3) каждая местность, гора, озеро, река, лес, имеют своего духа - хозяина, а животное и человек - душу. Душа человека после его смерти становится духом; 4) в мире множество богов и духов с конкретными назначениями и функциями, они определяют ход жизни - рождение, болезни, смерть, удачу, беды, войны, урожай и т.д. Во главе всех богов стоит Вечное Синее Небо, которое все видит, все знает; 5) человек может воздействовать на богов и духов путем жертвоприношений, молитв, соблюдения определенных правил, вызывать милость или гнев, симпатию или неприязнь; 6) шаманы - посредники между сверхъестественными существами и людьми, они обладают особыми качествами и правами, дарованными свыше". Содержание и формы шаманистских обрядовых действий были весьма разнообразны и имели определенный порядок. Коллективные обрядовые действа назывались тайлаган и сасли. Составная часть шаманистской культовой системы - священные места, где устраиваются молебствия. В отличие от христиан или буддистов шаманисты не имеют специальных храмов для отправления служб и их проводят на открытом воздухе, у подножия или на вершине горы, на берегу реки или озера, у родника, скалы или дерева, на месте шаманского погребения, у коновязи. Индивидуально-семейные обряды устраиваются как на природе, так и в помещении - юрте, доме, на улице, и в ограде. Места жертвоприношений относились к числу святынь.
Итак, адаптация к природно-экологическим условиям предполагает, помимо биологического приспособления, выработку наиболее адекватной модели жизнеобеспечения. У эвенков такая модель наиболее полного удовлетворения всех потребностей общества отрабатывалась в течении жизни многих поколений и приняла следующие формы.
1.Кочевой образ жизни, подчиненный природным циклам и проходящий по отработанным маршрутам через районы постоянных поселений и связанные с ними охотничьи, рыболовные и пастбищные угодья.
2. Комбинированное охотничье-рыболовно-оленеводческое хозяйствование как многолетний непрерывный процесс хозяйственного освоения угодий.
3. Смена кочевого и оседлого периода жизнедеятельности как способ сезонно-сменного освоения угодий, во время которого менялась доминанта добывающих отраслей хозяйства на тот или иной источник природных продуктов.
4. Закрепление в религиозно-этической практике изъятия из природных запасников ровно такого количества ресурсов, которое не подрывало бы воспроизводящих основ природы.
ХХ век нанес серьезный образу жизни и традиционной культуре эвенков Забайкалья. Это непосредственно сказалось на их численности. Однако традиционная культура эвенков оказала существенное влияние на складывание культуры и мировоззрения забайкальцев, и до сих представляет собой богатейший потенциал с многотысячелетней историей, который необходимо сохранять и тщательно изучать.
   
   
 
   
Буряты
 
Другим народом, традиционно населяющим Забайкалье, являются буряты.
Буряты, бурят, буряад (самоназв.), этнос в Забайкалье, коренное население Агинского Бурятского автономного округа Читинской области. Живут также в некоторых других районах Читинской области. Численность в Агинском автономном округе около 42,4 тыс. Говорят на бурятском языке монгольской группы алтайской семьи. Распространен также русский язык. До 1930 года пользовались старомонгольской письменностью, с 1931 - письменностью на основе латинской графики, с 1939 - на основе русской графики. Верующие буряты Восточного Забайкалья - буддисты.
Истоки бурятского этноса восходят к культуре эпохи бронзы и раннего железа Южного Забайкалья и Монголии. Природной сердцевиной родоплеменных земель бурят являются территории вокруг оз. Байкал, где в позднем средневековье обитали племена "лесных монголов" - икинатов, хонгодоров, булагатов, эхиритов, хори, сонголов. С кон. XV в. в связи с ослаблением степных монголов они расселяются на восток по рр. Уда, Хилок, Чикой, достигая к XVIII в. Агинских степей.
Впервые этноним "Бурят" (бурийат) упоминается в XIII век. В начале XVII основанная часть населения Забайкалья представляла собой компонент монгольского суперэтноса, сформировавшего в XII-XIV вв. В середине XVII в. Забайкалье было присоединено к России, в связи, с чем эти территории были отделены от Монголии. В условиях российской государственности начался процесс консолидации различных групп и племен. В итоге к концу XIX в. образовалась новая общность - бурятский этнос. Помимо собственно бурятских племен в него вошли отдельные группы халха-монголов и ойратов, а также тюркские и тунгусские элементы.
   
Девушка - бурятка в праздничной одежде. Фото начала XX в.
  В Восточном Забайкалье в основном кочевали хоринские роды и некоторые группы собственно монгольского происхождения. Кроме того, на юге восточного Забайкалья обитали также эвенки (тунгусы), часть которых оказалась ассимилированной бурятами. Ко времени появления русских буряты находились на стадии консолидации, шел процесс формирования бурятской народности.
Агинские буряты представляют собой территориальную группу бурятского народа. Они имеют некоторые отличия в быту, хозяйстве, культуре и языке от других его групп. На их развитие большое влияние оказала буддийская религия, распространившаяся среди них со стороны соседней Монголии - одного из главных центров северного буддизма.
Традиционное хозяйство бурят относится к хозяйственно-культурному типу скотоводов - кочевников сухих степей Евразии, существовавшему в данном ареале в течение трех тысячелетий. Скотоводство - главное занятие бурят в XVII - начале ХХ века, определило уклад жизни народа и специфику его материальной и духовной культуры. Охота и земледелие имели подсобное значение и степень их развития зависела от скотоводства.
Под влиянием русских у них все больше вводится земледелие. В Восточном Забайкалье типичным было монгольское кочевое хозяйство, пастбищное с зимними тебеневками (выпасами на подножном корму). Разводили крупный рогатый скот, лошадей, овец, коз и верблюдов. В течение ХХ века буряты переходят к оседлости. Социальная организация бурят остается традиционной центральноазиатской, сохраняются черты родо-племенных отношений.
Бурят. Фото начала XX в.  
Вплоть до 1960-х годов большинство бурят оставалось в аграрном секторе. После происходит постепенное вовлечение их в многоотраслевую промышленность. Возникают новые поселки, изменяется соотношение городского и сельского населения, социально-профессиональная структура населения.
На территории Читинской области и Агинского Бурятского автономного округа выделяют следующие группы бурят: лесные (западные, таежные, хилокско-читинские, северные, восточные); хамнигане (Кыринский, Акшинский, Ононский и др. р-ны); Агинские буряты, ведущие начало в основном от хори-бурят, проживающие ныне в Агинского Бурятского автономного округа и численностью превосходящие другие группы. На современном уровне буряты глубоко интегрированы в российское общество, это активный, мобильный, пассионарный народ, заинтересованно относящийся к своему прошлому, настоящему и будущему. Безусловна тяга бурятской молодежи к образованию во всех его существующих видах. Бурятская интеллигенция успешно проявляет себя в просвещении, медицине, культуре, науке. Сельские жители, опираясь на многовековой опыт предков, ныне умело занимаются не только животноводством, но и земледелием. Высокая степень адаптивности к генетически привычным для них забайкальским условиям жизни делает бурят наиболее устойчивым компонентом регионального народонаселения.
   
Бурятская юрта. Фрагмент экспозиции музея
  Социально привлекательными чертами бурятского этносоциума, основанными на прочной родовой сообщности, являются отсутствие детской неустроенности и беспризорности, резкое осуждение в народе воровства, хулиганства и др. правонарушений, ярко выраженная забота о молодых семьях и здоровом потомстве, дружеское отношение к окружающим этносам. Исторически обусловлена и существенна по сути породненность бурят с эвенками, проявившаяся в формировании хамниганского субэтноса, и с русскими, что находит отражение в биологической, социальной и культурной антропологии. Особо следует подчеркнуть реальное двуязычие бурят (бур. и рус. яз.) и восприятие руссской классической культуры (от А.С. Пушкина и Л.Н. Толстого) как родной, что можно расценить как своего рода этнопсихологический феномен. В бурятском сообществе значительна приобщенность к буддизму, в его северной форме существенно конформированному с шаманизмом. Столь же показательно уважительное отношение к христианству (православие).
Фото начала XX в.
     
На территории Забайкалья буддизм стал распространяться в XVI веке. Сюда он проник из Монголии, а в эту страну из Тибета. Буддизм в Забайкалье является самым северным ответвлением махаяны - тибетского направления гелугпа. Гелугпа - ведущая школа буддизма в Тибете. Основатель гелугпы - тибетский монах и философ Цзонхава (1357-1419 гг.). Он преобразовал систему монашеского обучения: на смену индивидуальному наставничеству пришли монастырские школы. Более пышной стала храмовая обрядовость. Был введен строгий, регламентированный ритуал почитания будд и бодхисатв. В Забайкалье, как и повсюду, буддийский культ выступает во взаимодействии с традиционными культовыми системами, трансформируясь под воздействием местных архаических верований. Среди священных книг главными считаются "Ганджур" и "Данджур".
Буддизм в Забайкалье духовно объединил разрозненные родоплеменные и территориально-родовые подразделения. Интегративная роль буддизма заключалась и в том, что поддерживаемые внутри этой конфессии связи приобщили бурят к ценностям духовной культуры народов Центральной Азии, вывели замкнутую этническую культуру родового общества на новый уровень мирового развития, основанного на письменности, книгопечатании, школьном образовании, профессиональном научном, литературном и художественном творчестве.
     
П.Н. Рязанцев. Благословление Ширетуя. Акварель

Главный храм Цугольского Дацана.

Фото начала XX в.

 
Дацаны Забайкалья
Духовными центрами бурятского буддизма издавна стали дацаны. Дацаны представляли собой своеобразные монастырские поселки. Здесь находились храмы, посвященные культу различных божеств, подсобные культовые и хозяйственные постройки и жилища лам (монахов). В дацанах совершались хуралы (богослужения), изготовлялись и хранились предметы культа, богословская литература на монгольском и тибетском языках, производилось обучение лиц, готовящихся принять духовное звание. Своеобразными этническими символами Б., отражающими их ментальность, стали: буддийские дацаны (Иволгинский, Агинский и др.); г. Алханай - одна из мировых святынь буддизма; эпос "Гэсэр" с его главным героем - батыром, защищающим родные земли, "Ганджур" - древняя индийско-тибетская энциклопедия знаний о мире и вере. В этническом самосознании Б. прочно утвердились идеи сохранения природного и исторического наследия, что нашло наиболее полное выражение в широкой народной поддержке организации и деятельности этнографического музея в г. Улан-Удэ и национального парка Алханай. В восприятии истории заметно особое уважение к имени Чингисхана с вариантами интерпретации этого образа от популярного до героического. По праву славится бурятская национальная кухня, в которой наиболее приметны бухлер, позы (бууза), архи. Обитание в юрте становится достаточно редким, но сохраняется уважение к ней как традиционному виду жилища. В целом же традиционализм в культуре считается базой для сохранения этноса.
     
   
 
   
Русские
 
С XVII века Забайкалье попадает в сферу влияния российской цивилизации. Здесь впервые появляется русское население.
Русские (самоназвание), крупнейший по численности народ на территории Восточного Забайкалья. Русские говорят на русском языке славянской группы индоевропейской семьи. Большинство верующих - православные, в т.ч. старообрядцы (семейские). Русские впервые появились в Забайкалье в 40-х годах XVII века. Огромную роль в колонизации края сыграли казаки и крестьяне. Вхождение Забайкалья в состав Российского государства происходило на протяжении десятилетий по мере его освоения рус. переселенцами. Государственная власть, основывая в Забайкалье опорные пункты - остроги, становившиеся затем городами с торгово-ремесленным населением, привлекала земледельцев-новопоселенцев различными льготами. Такие опорные пункты обрастали деревнями, а затем слободами, которые в свою очередь становились центрами, объединяющими сельское население. Такие с.-х. районы постепенно сливались и образовывались более крупные р-ны русского заселения.
Характерным и многовековым явлением социально - экономической и политической жизни нашей страны, было наличие казачества. Оно составляло особую социальную группу населения России. Проникновение русских промысловиков в Забайкалье начинается в XVII веке, хотя до конца XVII века этому препятствовали монгольское государство Алтын-ханов, киргизские и ойратские владетели. Первые отряды казаков, под командованием В. Колесникова, И. Галкина, И. Похабова, появились в Забайкалье во второй половине 1640-х годов. В отличие от вольного казачества Дона, Яика или Запорожья в большинстве своем оно изначально являлось служилым, и проникало в Забайкалье и Приамурье с конкретными задачами и целями. Такими как, "приобретение новых землиц", поиск месторождений серебра, а затем и защита "новоприобретенной землицы" от притязаний северо-монгольских ханов и маньчжурских правителей Китая. Попытки последних вытеснить русских из Забайкалья на запад от Байкала привели к крупномасштабному вторжению в 1681-1689 гг. маньчжуро-китайской армии в Приамурье и монгольских отрядов в Забайкалье.
Для закрепления и охраны порубежных земель в начале XVIII в. была переселена на китайско-монгольскую границу большая часть забайкальского казачества. Правительство отменило казакам хлебное жалованье и выделило им землю для запашки. Казаки получили возможность вести самостоятельное хозяйство. Стал складываться особый казачий уклад жизни - воинов-земледельцев. В 1655-1658 годах в Даурии формируется Нерчинское уездное воеводство, одно из двадцати, учрежденных в Сибири. Вначале в его ведомстве находилась вся территория Даурии, от Байкала до верховьев Амура. На рубеже XVII - XVIII веков Нерчинский уезд (воеводство) ограничивался территориями по Шилке, Аргуни, низовьям Онона, Ингоды и верховьям Хилка. Воеводская администрация выполняла здесь основную задачу - "искать великому государю прибыли". Это приведение в подданство русскому царю местного бурятского и тунгусского населения, создание острогов, слобод и деревень, налаживание земледелия, горного производства и торговли, организация обороны края.
Необходимость защиты дальневосточных владений от притязаний южных соседей заставляла Москву спешно наращивать там вооруженные силы. Мелкие и крупные партии служилых людей перебрасывались в Забайкалье и на Амур в 50-70-е годы XVII века. В 1685 г. вместе с послом Ф.А. Головиным за Байкал прибыло 1110 человек, набранных из московских стрельцов, сибирских служилых людей, "их детей и братьи", а так же из ''промышленных и гулящих людей''. К началу переговоров Головина с маньчжурами, численность войск увеличилась до 2434 человек. По сибирским меркам для того времени это было очень крупное воинское подразделение, поскольку во всех сибирских городах на 1688 г. по списочному составу насчитывалось всего 72151 человек. Что касается комплектования во второй половине XVII в., то по наблюдениям Г.А. Леонтьевой, до середины 1680-гг. гарнизоны Забайкалья пополнялись за счет присылаемых на временную службу из других регионов Заключение в 1689г. Нерчинского трактата стабилизировало обстановку и уменьшило военную угрозу для русских владений в Забайкалье. Это в свою очередь позволило более чем вдвое сократить там воинский контингент. К 1693/94 гг. численность постоянных казачьих гарнизонов (без сибирских дворян и детей боярских) составила в забайкальских острогах Иркутского уезда (Селенгинском, Удинском, Баргузинском, Ильинском и Кабанском) 630 человек, в Нерчинском уезде (Нерчинском, Аргунском, Теленбинском, Итацинском, Читинском, Еравнинском и Иргенском острогах)-425 человек. Всего насчитывалось 1055 человек.
Заключение Буриинского и Кяхтинского трактатов в 1727-1728 гг. оказали значительное влияние на формирование казачьего войска в Забайкалье. Для обеспечения охраны границы на караулах и в крепостях, требовалось значительное увеличение численности служилых людей. Обязанность по охране границы решено было возложить в основном на коренное население края. Русских казаков непосредственно для охраны границы первоначально было привлечено мало. Таким образом, основная тяжесть несения службы на границе ложилась на плечи местного населения поверстанных в казаки бурят эвенков.
В 30-е г. XVIII в. в связи с необходимостью усиления обороны границы от набегов кочевников, Сибирская губернская канцелярия неоднократно обращалась в Петербург с просьбой прислать в Сибирь регулярные полки. Обстановка же на южно-сибирской границе продолжала оставаться напряженной, так же усугублялось это и активизацией территориальных претензий к России со стороны Джунгарского ханства и обострением международного положения в Центральной Азии в целом. Эти причины вынудили правительство принимать соответствующие меры. В 1745 г. в Сибирь перебрасываются 2 пехотных и 3 конных полка, начинается реконструкция старых и возведение новых пограничных укреплений на юге Западной Сибири.
Неспокойно было так же и на Забайкальской границе. Усугублялось это и поведением местной администрации в решении пограничных вопросов. По условиям русско-китайского договора 1728 г. стороны обязались выдавать перебежчиков. Администрация же Забайкалья выдавала не всех перебежчиков бежавших из Китая, что в свою очередь вызывало неудовольствие Богдыхана. Нагнетали обстановку так же и взаимные грабежи и набеги с обеих сторон. Вслед за этим началось наращивание сил в близи границы. Необходимо было доукомплектовать казачьи команды в первую очередь. Комплектование шло в основном за счет казачьих детей, но это не означает, что казачье сословие было уже замкнутым. Так же шло ''верстание'' в службу и из среды разночинцев, крестьян, посадских, ''новокрещенов'' и даже ссыльных.
Таким образом, на протяжении рассматриваемого периода, роль служилых людей, неуклонно повышается. Кроме этого устанавливается наследственный принцип набора в служилые люди. И хотя в этот период верстают в службу еще людей различных категорий, все же предпочтение отдается представителям не тяглового населения, и в первую очередь родственникам служилых людей. Дислоцируются команды в основном в острогах и выполняют различные функции по охране границы, где основную силу представляют представители коренного населения, и по внутреннему управлению края. Такие как сбор ясака, контроль над податным населением и т. д. Кроме этого, они играют огромную роль в освоении других земель и обороне края. В организационном отношении казачество в этот период не представляло еще из себя единого целого.
В XVIII веке урегулирование границ с Китаем способствовало "сползанию" земледельческой полосы на юг, на более плодородные угодья.
  Проведение Сибирского тракта и общесибирский отлив населения на юг оказали решающее влияние на перераспределение русского населения в Забайкалье. К середине XVIII века оно численно стало превосходить местное разноплеменное население. Основным источником пополнения оставались вольные переселенцы, но существенную роль в 1760-80-х гг. начала играть и ссылка. В отличие от других областей Сибири в Забайкалье рост населения в XVIII зависел прежде всего от организованных правительственными властями переселений для обеспечения Нерчинских сереброплавильных заводов рабочей силой и заселения трактов. Заново осваивались территории междуречья Шилки и Аргуни. Промышленно-промысловая зона располагалась в восточных землях Восточного Забайкалья. Здесь совмещались приисковые комплексы с арестантскими. Наличествовали каторги и заводы. Особенность быта приисковых рабочих исходила из временного характера работ на приисках и разнородности населения, приезжающего туда. Это были разного рода бродяги, искатели быстрого обогащения, крестьяне.
Вид с. Нерчинский Завод. Фрагмент акварели XIX в.      
Служилые люди были первыми, кто во второй половине XVII в. начали земледельческое освоение Забайкалья. Развитие здесь служилого земледержания в конце XVII - начале XVIII вв. шло в общем русле развития служилого земледержания в Сибири.. Несмотря на потерю к середине XVIII в. ведущей роли в земледельческом освоении края, служилые люди по-прежнему занимали видное место среди земледельческого населения Забайкалья. С конца XVIII в. вследствие изменения политики правительства в отношении служилого землевладения, скорректированной местными властями, а так же из-за перевода городовых казаков на пограничные линии, казачье землевладение попадает в полосу кризиса. В начале XIX в. практически исчезают городовые казаки-землепашцы. Земледелие у казаков-пограничников только зарождается. Во второй четверти XIX в. в Забайкалье продолжался процесс складывания корпоративного казачьего землевладения. Оно не просто поддерживалось, но и насаждалось государственной политикой, одним из направлений аграрной политики которого, в Сибири являлось внедрение и поддержание поземельных, передельных общин.
     
Группа букачачинских переселенцев (калужан). Фото начала XX в.
  К концу XVIII в. в процессе прирастания населения проявляется тенденция, связанная с ролью старожилов -сибиряков. Старожил-сибиряк играет ведущую роль в освоении новых территорий, одновременно проявляется тенденция увеличения населения за счет естественного прироста, хотя в Забайкалье население прирастает за счет новопоселенцев.
Среди старожилов -сибиряков Восточного Забайкалья выделяется несколько групп. В Читинской области под названием семейских известны потомки старообрядцев. Сосланные в Забайкалье в середине XVIII в., старообрядцы жили крупными обособленными группами. Вскоре они составили основное ядро земледельцев Забайкалья: хозяйственная деятельность семейских была постоянным предметом восхищения путешественников и исследователей.
Дом переселенца. Фото начала XX в.      
       
 
Семейские
 

Семейские Забайкалья - потомки старообрядцев, вывезенных из России в XVIII веке, сохранившие их культуру и религию. Старообрядчество было крупнейшим в истории России религиозно-общественным движением, возникшим как следствие церковной реформы Никона (1653-1660 гг). Натуральное хозяйство, общность судеб, известный религиозный фанатизм, антигуманные, изоляционистские по характеру меры царского правительства - все это способствовало определенной обособленности семейских, строго соблюдавших традиционные нравы и обычаи, сохранявших привычные обряды и одежду.
До недавних времен сохранялись многие элементы культуры, типичные для России XVIII-XIX веков. Это проявляется в "семейской" технике строительства жилищ и архитектуре, резьбе и росписях по дереву, текстильном орнаменте, способах изготовления и характере посуды и, наконец, в самобытном женском костюме. Жизненность культурной традиции у семейских во многом определяется ее глубоко народным характером, идущим от ее крестьянского труда, вобравшего в себя заботы земледельца и ремесленника, труженика и художника.
Распашка земель семейскими

Роспись на печи семейского дома с. Тарбагатай

  Изба семейских
Для первых селений семейских была характерна четырехстенная изба, то есть сруб с сенями и без сеней. Возводя жилище, сруб клали в "обло" ("в угол"). Эти постройки семейских имели самцовую конструкцию крыши. Такая конструкция не требовала применения гвоздей, большого количества досок и потому была выгодна для крестьян.
Четырехстенная изба семейских имела традиционную русскую планировку жилища. Большая глинобитная печь располагалась у задней стены около двери, устьем была повернута к передним окнам. За печью в углу у боковой стенки устраивался голбец - досчатый короб, прикрывавший лестницу в подполье, здесь же хранилась кухонная утварь. Около печки при входе ставили кадку с водой, покрытую деревянным кругом. Рядом с кадкой у печки стояла лохань, над которой вешали на шнурке медный, чугунный или глиняный рукомойник для умывания. По диагонали от печи находился "красный угол": божница, стол и лавки вдоль стен. Над дверями или возле печи сооружались полати для ночлега детей. У боковой стены параллельно печи стояла единственная деревянная кровать с потниками и подушками.
Дома на улицу ставились торцовой, или длинной стороной, иногда окна смотрели на улицу, иногда дом выходил глухой стеной. Как правило, они выступали на улицу и располагались в одну линию. Сохранялась и традиционная русская застройка крестьянской усадьбы.
Выходцы из районов России с древними земледельческими традициями, семейские принесли в Забайкалье богатый крестьянский опыт. Именно семейским в прошлом суждено было сыграть решающую роль в развитии хлебопашества в крае. Орудия труда забайкальских земледельцев не носят каких-либо специфических местных черт. Они традиционны и по технике изготовления, и по характеру их использования. Это относится и к орудиям труда, связанным с ремеслом. Семейским были знакомы многие традиционные русские промыслы и ремесла - охота, рыболовство, прядение, ткачество, гончарство. Натуральное хозяйство, лежащее в основе жизненного уклада семейских, обуславливало развитие ремесел. Интересны орудия кедрового промысла, с которым семейские познакомились в Забайкалье.
Своеобразны и предметы домашнего обихода, бытовая утварь - берестяные туеса, резные солонки, плетеные корзины, долбленая деревянная посуда. Подобные вещи бытуют и в настоящее время в селах семейских.
В одежде семейских особое место занимает самобытный женский костюм. В изготовлении одежды очевидна преемственность традиций: костюмы, выполненные во второй половине XX века идентичны костюмам XIX века по составным частям и крою. Немалый интерес представляют "кички" - женские сложные головные уборы. Столь распространенные в начале XIX века, ныне они встречаются очень редко. Женские праздничные головные уборы, аналогии которым существовали в некоторых центральных губерниях Европейской России, состоят из нескольких предметов: собственно кички, кокошника, позатыльника, пояски, платка. Кичка - своеобразный каркас головного убора, шилась из темной хлопчато - бумажной ткани, стягивалась на шнурок вокруг головы. Впереди и у кички - высокое очелье. Кокошник шился в виде чехла на кичку и соответствовал ей по форме. Кокошники, как правило, изготовлялись из ярких дорогих тканей (бархат, шелк, атлас) или покрывались вышивкой. Позатыльник подвязывался сзади ниже кокошника, шился из бархата, украшался бисером, перламутром, вышивкой, позументом. Пояска покрывала очелье кички, украшалась бисером, перламутром и т.п. Между пояской и кокошником накладывался платок, сложенный полосой, концы которого подвязывались на затылке.
Непременная деталь женского костюма семейских - украшения. Бусы, особенно старинные, и сейчас очень популярны. Особенно ценятся бусы янтарные, из речного жемчуга, из перламутра, имитирующего жемчуг. Излюбленное украшение семейских - жарелок (производное от слова "ожерелок", "ожерелье"). Подобные шейные украшения бытовали в России в XVIII - XIX веках.
В наше время происходит интенсивный процесс вытеснения старых традиционных вещей. Тем более важно сохранить для потомков этнографическую историю одной из групп русского населения, так много сделавшей для хозяйственного освоения края и привнесшей в него неповторимый, во многом экзотический, этнокультурный колорит.
Семейские выращивали рожь, ярицу, пшеницу, ячмень, гречку, овес, сажали картофель, разводили огороды. Скотоводство играло в хозяйстве подсобную роль. Крестьяне держали овец, разводили крупный рогатый скот, лошадей, свиней и птиц (кур, гусей, уток). Ремесло и домашнее производство в основном были направлены на удовлетворение личных нужд, на изготовление предметов домашнего обихода. В силу известной замкнутости этих групп до недавнего времени у них стойко сохранялись своеобразные черты, в частности сильны были пережитки патриархальных нравов и обычаев, долго бытовал традиционный костюм и т.п.
В конце XIX - начале XX вв. для строительства железной дороги с территории России, Украины, Белоруссии в массовом порядке двинулись переселенцы. С собою они привнесли особенности хозяйствования, строительства жилища, семейного уклада, и, конечно, необходимые предметы быта. Некоторые группы русских, находясь в особых природных условиях, многое восприняли от местного населения: способы охоты, рыболовства, некоторые виды одежды, но сохранили национальное самосознание и язык. Из смешения с коренными народами Забайкалья возникли такие своеобразные рус. группы, как гураны и карымы, воспринявшие многое из быта и языка бурят, эвенков и хамнеган. К настоящему времени все эти группы почти слились с местным русским населением.
Вторая половина ХХ в. была ознаменована оттоком русского населения из сельской местности, ростом городского населения, кризисом традиционного уклада и способа производства. Экономические реформы вызвали рост рыночных отношений и частного предпринимательства, особенно в городах. На селе и в городе разворачивается строительство индивидуального жилья, увеличивается кол-во личных автомобилей, формируется опыт предпринимательской деятельности, расширяются контакты с внешним миром. Среди русских возрождаются традиционные ремесла, духовные ценности и социальные институты. Среди которых особое место занимает возрождающаяся Русская православная церковь, которая активно ведет процесс строительства и возвращения храмов, священных реликвий и предметов культа.
Одним из итогов тесного взаимодействия различных этнических культур и традиций в крае стало формирование такой социальной общности как забайкальцы. Распространению понятия Забайкальцы способствовало его российское происхождение. В его основе - отражение общности и вместе с тем этнического многообразия, живущих в добрососедстве русских, тунгусов-эвенков, бурят, татар, башкир, поляков, немцев, евреев и представителей других народов, населяющих Забайкалье. Использование понятия "Забайкальцы" прочно вошло в обиходную речь, в научную и художественную литературу. В Забайкалье практически не пользуются словом "сибиряки". Понятие "Забайкальцы" не только означает местожительство в Забайкалье. Забайкальцам присущ особый менталитет, т.е. особо сложившаяся социальная психология. Она вбирает в себя приобщенность к открытому, преобладающему по времени солнечному или звездному небу, связующему с бесконечным космосом; особое мироощущение от сочетания европейского и азиатского миров, своеобразного пересечения их традиций и приоритетов; осознание действительности как некоторой отдаленности от российских и мировых столиц; восприятие своего Забайкальского пространства как привычно обширного, где "десятки и сотни верст" не особое расстояние; дружественный настрой к людям др. крови и веры; сердобольное отношение к гонимым, от каторжан до гулаговцев, искреннее хлебосольство и радушие по отношению к гостям; способность стойко переносить как превратности судьбы, так и весьма тяжелые климатические условия с длительным зимним бесснежьем, летними наводнениями, лесными пожарами; своеобразную диалектность языка; высокую преданность Отечеству, проявившуюся в ратных подвигах и мирных делах, вошедшую в генетическую память потомков - от залива Де-Кастро, Халхин-Гола, Сталинграда и перевалов Хингана, а равно с тем от жарких мартенов Петровска и золотых шахт Балея, от стальной бесконечности Транссиба и БАМа. Широкое использование и признание понятия "Забайкалье" позволяет считать реально сложившимся забайкальский народ как территориальное межэтническое надсословное внеконфессиональное объединение людей, обладающее особенными, подчас яркими ментальным чертами и являющееся составной частью российского народа.
На странице представлены фотографии и экспонаты из фондов Читинского областного краеведческого музея ©     Составитель обзора - зав. отделом археологии и культурной антропологии коренных народов Забайкалья, кандидат философских наук А.В. Жуков
Список использованнной литературы:      
1. Балдаржиев В. Буряты вне автономии //За Байкалом. Газета народов Забайкалья, вып. 1. - Чита, 1 июня 2001.
2. Булаев В.М. Энто-национальные особенности формирования населения Восточного Забайкалья. - Улан-Удэ, 1998.
3. Булаев В.М., Дашидондоков Ш.-Н.С. Образ жизни населения как отражение национальной самобытности (на примере бурят Восточного Забайкалья). - Улан-Удэ, 2002.
4. Василевич Г.М. Эвенки. Историко-энтографические очерки. - Лениинград, 1969.
5. Васильев А.П. Забайкальские казаки. Исторический очерк. - Чита, 1916.
6. Гурвич И.С. Местная обрядность народов Сибири. Москва. 1980.
7. Декабристы в Сибири: Своей судьбой гордимся мы. - Иркутск, 1977.
8. Жамбалова С.Г. Профанный и сакральный миры ольхонских бурят (XIX-XX вв.). - Новосибирск, 2000.
9. Забайкальское казачество: история, традиции, перспективы развития: Материалы региональной научно-практической конференции. - Чита, 2000.
10. Историко-культурный атлас Бурятии. - М., 2001;
11. Ламо Нордоп. Забайкальское казачество и буддизм // Забайкальское казачество: история, традиции и перспективы развития. - Чита, 2000.
12. Лобанов В.Г. Старая Чита. - Чита, 2001.
13. Мазин А.И. Традиционные верования и обряды эвенков-орочонов. Новосибирск, 1984.
14. Михайлов Т.М. История и культура бурятского народа. - Улан-Удэ, 1999.
15. Окладников А.П. История бурят-монгольской АССР. - Улан-Удэ, 1951 - т. 1.
16. Первая всеобщая перепись населения Российской империи 1897. Заб. обл. - СПб., 1904. - Т. 74.
17. Попов А.И. Город Чита. - Чита, 1907.
18. Смирнов Н.Н. Слово о забайкальских казаках: Исторический очерк-хроника. - Волгоград, 1994.
19. Тишков В.А. Очерки теории и политики этничности в России. - М., 1997.
20. Шерстова Л.И. Переходные этносы и формы этнической самоидентефикации. Южная Сибирь, начало ХХ века // Американский и Сибирский фронтир. - Томск, 1997.
21. Шестова Л.И. Ментальность переходного этноса. Южная Сибирь в XIX - XX веках //Сибирь в панораме тысячелетий. Том 2. - Новосибирск, 1988.
22. Энциклопедия Забайкалья. Читинская область. Том I. - Новосибирск, 2000.

       
 © ГУК "Забайкальский краевой краеведческий музей имени А.К. Кузнецова"